Какая ответственность у арбитражного управляющего

Обзор, судебной, практики, административная, ответственность, арбитражного, управляющего, е.г, дорохина, арбитражное, правосудие, россии, декабрь, 2006

Обзор судебной практики Административная ответственность арбитражного управляющего (Е. Г. Дорохина, Арбитражное правосудие в России, N 6, декабрь 2006 г. )

Ответственность за непредоставление информации конкурсному управляющему

Подборка наиболее важных документов по запросу Ответственность за непредоставление информации конкурсному управляющему (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Ответственность за непредоставление информации конкурсному управляющему

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2022 N 07АП-415/2022 по делу N А27-20950/2021
Требование: О привлечении к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ.
Решение: Судом апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Факт не привлечения арбитражного управляющего к процессуальной ответственности в виде штрафа за непредставление отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о ходе конкурсного производства и информации по процедуре банкротства к судебному заседанию по рассмотрению отчета конкурсного управляющего, назначенному на 28.04.2021, не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2021 N 11АП-10135/2021 по делу N А55-4066/2016
Требование: Об отмене определения об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих ООО лиц.
Решение: Определение оставлено без изменения. Сам по себе факт не предоставления конкурсным управляющим по запросу кредитора ИП Юскина А.Р. информации и документов о совершенных должником сделках не свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Ответственность за непредоставление информации конкурсному управляющему

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Вопрос: В какой срок требуется ответить на запрос арбитражного управляющего, а также как он исчисляется и предусмотрена ли ответственность?
(Консультация эксперта, 2022) За непредставление документов по запросу арбитражного управляющего должностное лицо организации может быть привлечено к административной ответственности по ч. 4 ст. 14.13 КоАП РФ в виде штрафа в размере от 40 000 до 50 000 руб. или дисквалификации на срок от шести месяцев до одного года.

Нормативные акты: Ответственность за непредоставление информации конкурсному управляющему

«Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)»
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017) 38. Работник организации, не наделенный организационно-распорядительными или административно-хозяйственными функциями, не может выступать субъектом административной ответственности, установленной ч. 4 ст. 14.13 КоАП РФ.

«Обзор практики Конституционного Суда Российской Федерации за второй квартал 2021 года» 1. Постановлением от 6 апреля 2021 года N 10-П Конституционный Суд дал оценку конституционности части 4 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Обзор судебной практики «Административная ответственность арбитражного управляющего» (Е.Г. Дорохина, «Арбитражное правосудие в России», N 6, декабрь 2006 г.)

Арбитражный управляющий, не исполняющий или исполняющий свои обязанности ненадлежащим образом, может быть привлечен к ответственности в соответствии со ст. 25 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве). Указанной нормой предусматривается отстранение управляющего в случае неисполнения правил профессиональной деятельности арбитражных управляющих, установленных Правительством РФ, а также возможность наступления гражданско-правовой ответственности в случае причинения убытков кредиторам и иным лицам. Вместе с тем ряд законодательных актов предусматривает привлечение арбитражного управляющего к иной: уголовной и административной ответственности.

Судебная практика свидетельствует об увеличении количества дел о привлечении арбитражных управляющих к ответственности в рамках ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, предусматривающей административное наказание за неисполнение арбитражным управляющим или руководителем временной администрации кредитной организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно-наказуемого деяния. В качестве наказания суд вправе наложить штраф в размере от 25 до 50 МРОТ или применить дисквалификацию на срок от 6 месяцев до 3 лет.

Следует отметить, что ныне действующая редакция ч. 3. ст. 14.13 КоАП РФ (в редакции Федерального закона от 19 декабря 2005 г. N 161-ФЗ) существенно отличается от предыдущей, предусматривавшей в качестве события правонарушения невыполнение правил, применяемых в период ведения процедур банкротства, предусмотренных законодательством о банкротстве. Новая редакция ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ значительно упрощает правоприменение данной нормы, поскольку отсылает к конкретному кругу обязанностей арбитражного управляющего, установленному законом.

Регламент проведения проверки деятельности арбитражного управляющего предусмотрен Методическими рекомендациями по организации деятельности территориальных органов ФРС по осуществлению полномочий, предоставленных Кодексом РФ об административных правонарушениях по процедурам банкротства и финансового оздоровления, утв. приказом ФРС от 30 мая 2005 г. N 62*(2).

Дисквалификация как наиболее серьезное наказание для арбитражного управляющего заключается в лишении физического лица права осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическим лицом, а также осуществлять управление юридическим лицом в иных случаях, предусмотренных законодательством. Последствия применения дисквалификации предполагают немедленное прекращение деятельности по управлению юридическим лицом, в том числе посредством прекращения договора (контракта) с дисквалифицированным лицом. Согласно ч. 2 ст. 31.2 КоАП РФ и ч. 1 ст. 318 АПК РФ постановление (решение) о дисквалификации подлежит исполнению с момента его вступления в законную силу.

Копии постановления направляются дисквалифицированному лицу, которое немедленно приводит постановление в исполнение путем прекращения управления юридическим лицом (ч. 1 ст. 32.11 КоАП РФ), а также лицу, уполномоченному прекратить договор (контракт) с дисквалифицированным субъектом на осуществление им деятельности по управлению юридическим лицом.

Неисполнение указанными субъектами постановления (решения) о дисквалификации влечет для них негативные последствия. В частности, в соответствии с ч. 1 ст. 14.23 КоАП РФ осуществление дисквалифицированным лицом в течение срока дисквалификации деятельности по управлению юридическим лицом влечет наложение административного штрафа в размере 50 МРОТ.

Согласно п. 10 Положения о порядке ведения реестра арбитражных управляющих, утв. приказом Минюста России от 30 декабря 2004 г. N 203*(4), дисквалификация является основанием для исключения арбитражного управляющего из реестра арбитражных управляющих, ведение которого возложено на ФРС. Сведения, содержащиеся в реестре, размещаются на интернет-сайте ФРС и обновляются не реже двух раз в месяц и могут быть представлены любому заинтересованному лицу в виде выписки. Представляется, что наличие в реестре сведений о дисквалификации арбитражного управляющего способствует прозрачности экономических отношений, а также снижает риск участников гражданского оборота.

В соответствии со ст. 4.5 КоАП РФ за административное правонарушение, влекущее применение административного наказания в виде дисквалификации, лицо может быть привлечено к административной ответственности не позднее одного года со дня совершения административного правонарушения, а при длящемся административном правонарушении — одного года со дня его обнаружения. Правом назначать данный вид административного наказания обладает исключительно суд.

Анализ судебной практики позволяет выделить процессуальный и материально-правовой аспекты применения мер административной ответственности к арбитражным управляющим.

1. Арбитражный управляющий может быть освобожден от ответственности в силу малозначительности совершенных правонарушений.

Федеральный арбитражный суд Уральского округа отказал Управлению Федеральной регистрационной службы (УФРС) в удовлетворении кассационной жалобы на решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, согласно которым суд первой инстанции освободил от ответственности временного управляющего Т. в соответствии со ст. 2.9 КоАП РФ, ограничившись устным замечанием, в связи с малозначительностью правонарушения*(5).

Протоколом об административном правонарушении было установлено: ведение арбитражным управляющим реестра требований кредиторов с нарушением ст. 5 Закона о банкротстве, ненадлежащее извещение кредитора о дате и месте проведения первого собрания кредиторов с нарушением ст. 72 Закона о банкротстве, невключение в повестку дня первого собрания кредиторов вопроса о выборе представителя собрания кредиторов с нарушением п. 1 ст. 12, ст. 72, п. 1 ст. 73 Закона о банкротстве, использование ненадлежащей формы бюллетеня для голосования на собрании кредиторов, что, по мнению У ФРС, является основанием для привлечения управляющего к ответственности согласно ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ.

Малозначительным административным правонарушением, согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»*(7), является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий, не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных отношений. При этом суд вправе освободить виновное лицо от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Как указал Конституционный Суд РФ, вынося определение от 21 апреля 2005 г. N 122-0, назначение наказания, согласно ст. 14.13 КоАП РФ, за нарушение тех или иных правил, установленных компетентным органом законодательной или исполнительной власти, возможно лишь при наличии закрепленных в ст. 2.1 КоАП РФ общих оснований привлечения к административной ответственности, предусматривающих необходимость доказывания в действиях (бездействии) физического лица признаков противоправности и виновности*(8).

2. Основное требование к деятельности арбитражного управляющего — действовать разумно и добросовестно в интересах кредиторов, должника и общества. Данное требование выражает суть его обязанностей, неисполнение которых является основанием для административной ответственности.

Управляющим было нарушено правило, предусмотренное ст. 26 Закона о банкротстве. Между тем арбитражный управляющий в своих объяснениях указал на то, что ст. 26 Закона не содержит норм, регулирующих порядок выплаты вознаграждения, что предоставляет возможность получения вознаграждения авансом.

В.И. Емельянов, проведя системный анализ норм ГК РФ, раскрывающих содержание понятий добросовестного и недобросовестного поведения, сделал вывод, что «лицо следует считать добросовестным в том случае, когда оно действует без умысла причинить вред другому лицу, а также не допускает легкомыслия (самонадеянности) и небрежности по отношению к возможному причинению вреда»*(10). Он предлагает следующую формулу добросовестности: лицо не знало и не могло знать об определенном факте или событии, повлекшем нарушение права. Соответственно, суть недобросовестности заключается в том, что лицо знало или должно было знать о такого рода фактах или событиях.

Схожее определение понятия добросовестности участников гражданских правоотношений разработал Е.А. Богданов: это «субъективная сторона поведения, то есть когда они не знали и не могли знать о правах третьих лиц на соответствующее имущество или иной своей неуправомоченности»*(11). С данным утверждением стоит согласиться, поскольку такое понимание добросовестности прямо вытекает из норм ст. 157, 220, 234, 302, 303, 1109 ГК РФ.

В отличие от добросовестности, предполагающей незнание о возможном причинении вреда другому лицу, разумность, по мнению ряда ученых, характеризует объективную сторону поступков, которые сравниваются с эталонными действиями среднего человека. И если оказывается, что они менее полезны или более вредны для указанного в законе лица, чем эталонные действия, значит требование разумности соблюдено не было*(12).

3. Привлечение арбитражным управляющим для обеспечения осуществления своих полномочий иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника не может быть рассмотрено как правонарушение.

Арбитражный управляющий вправе привлекать на договорной основе иных лиц для обеспечения осуществления собственных полномочий согласно п. 3 ст. 24 Закона о банкротстве.

Между тем арбитражная практика основывается на двух диаметрально противоположных подходах. В одном случае ФАС Уральского округа, отказывая в удовлетворении кассационной жалобы арбитражного управляющего Б., указывал на недопустимость привлечения иных лиц для составления плана внешнего управления*(13), поскольку данная обязанность возложена на арбитражного управляющего лично. В другом случае ФАС Западно-Сибирского округа согласился с отказом в привлечении временного управляющего А. к административной ответственности, поскольку посчитал правомерным заключение управляющим договора на оказание услуг по проведению анализа финансового состояния должника и поручение иному лицу проведения такого анализа*(14).

Таким образом, привлечение на договорной основе иных лиц в целях обеспечения своих полномочий является изъятием из правила, согласно которому арбитражный управляющий обязан лично осуществлять возложенные на него Законом о банкротстве полномочия.

Как верно подмечено М.В. Телюкиной: «Услуги специалистов должны оплачиваться так, как это установлено договором, а если цена в договоре необоснованно завышена, т.е. действия управляющего причинили вред должнику, то необходимо ставить вопрос о возмещении этого вреда (при этом, очевидно, должно быть доказано, что высокая оплата не была вызвана соответствующей необходимостью, связанной, например, со сложностями услуг)»*(16).

4. При составлении протокола об административном правонарушении и производстве иных процессуальных действий должны быть соблюдены права лица, привлекаемого к ответственности (арбитражного управляющего), предусмотренные КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении является необходимым доказательством, без которого невозможно установить важнейшие факты, входящие в предмет доказывания по делу, в связи с чем ст. 204 АПК РФ предусмотрена обязанность административного органа по представлению протокола в суд.

Протокол должен обладать качествами доказательства, а именно достоверностью, и содержать все необходимые сведения, предусмотренные ст. 28.2 КоАП РФ. Надлежащее составление протокола призвано обеспечить гарантии защиты прав лиц, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении.

Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 10 января 2006 г. по делу N А82-11490/2005-31 оставлено без изменения решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции об отказе в привлечении к ответственности конкурсного управляющего В. в связи с грубыми процессуальными нарушениями, допущенными при составлении протокола об административном правонарушении. Судами было установлено, что административный орган (УФРС) не представил суду доказательств надлежащего уведомления В. о времени и месте составления протокола, поскольку составленное надлежащим образом извещение должно содержать цель вызова, конкретные сведения о времени и месте составления протокола и не носить предположительный характер.

По другому делу (N А82-4488/2005-31 от 12 января 2006 г.) ФАС Волго-Вятского округа указал, что не извещенный о цели вызова в административный орган конкурсный управляющий К. при составлении протокола был лишен возможности квалифицированно возражать и давать объяснения по существу совершенного правонарушения, что повлекло нарушение прав лица, привлекаемого к административной ответственности.

Указанным выше постановлением Пленума ВАС РФ также разъяснено, что в случае несоответствия заявления административного органа требованиям, установленным ч. 1 ст. 204 АПК РФ, а также при отсутствии в приложении к заявлению документов, перечисленных в ч. 2 ст. 204 АПК РФ, суд, руководствуясь ст. 128 АПК РФ, выносит определение об оставлении заявления без движения.

кандидат юрид. наук, ведущий научный сотрудник

«Арбитражное правосудие в России», N 6, декабрь 2006 г.

*(1) Согласно постановлению Правительства РФ от 3 февраля 2005 г. N 52 «О регулирующем органе, осуществляющем контроль за саморегулируемыми организациями арбитражных управляющих», регулирующим органом определена Федеральная регистрационная служба // СЗ РФ. 2005. N 6. Ст. 464.

*(3) Система ГАРАНТ. Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2005. N 5.

*(4) Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2005. N 5.

*(5) Постановление ФАС Уральского округа от 15 июня 2006 г. по делу N Ф09-5142/06-С1.

*(9) Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 30 мая 2006 г. по делу N А29-13022/2005-Зэ.

*(10) Емельянов В.И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление правами. М., 2002. С. 91.

*(11) Богданов Е.А. Категория «недобросовестности» в гражданском праве // Российская юстиция. 1999. N 9. С. 12.

*(12) Емельянов В.И. Указ. соч.; Брагинский М.И. Осуществление и защита гражданских прав // Вестник ВАС РФ. 1995. N 7. С. 99.

*(13) Постановление ФАС Уральского округа от 24 мая 2006 г. по делу N Ф09-3225/06-С1.

*(14) Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 16 мая 2006 г. по делу N Ф04-2759/2006 (22412-А67-23).

*(16) Телюкина М.В. Комментарий к ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)». М., 2004. С. 98.

Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете подать заявку на получение полного доступа к системе бесплатно на 3 дня.

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Автор анализирует практику разрешения споров по вопросам привлечения к административной ответственности арбитражных управляющих. Анализ судебной практики позволяет выделить процессуальные и материально-правовые аспекты в данной области.

Подробно анализируется порядок отстранения управляющего в случае неисполнения им правил профессиональной деятельности, установленных Правительством РФ, а также возможность наступления гражданско-правовой ответственности в случае причинения убытков кредиторам и иным лицам. Отмечается, что правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о дисквалификации арбитражного управляющего наделен регулирующий орган (которым в настоящее время является Федеральная регистрационная служба (ФРС).

Автором выделено, что cуд, вынося постановление о дисквалификации, устанавливает срок дисквалификации, который варьируется от 6 месяцев до 3 лет. Однако исключение арбитражного управляющего из саморегулируемой организации арбитражных управляющих лишает его права на профессиональную деятельность в дальнейшем, после истечения срока дисквалификации, и наносит арбитражному управляющему материальный ущерб.

При анализе проблемы, касающейся невключения регулирующего органа в состав лиц, участвующих в деле о банкротстве, отмечено что полномочия регулирующего органа, определенные Законом о банкротстве и КоАП РФ, не подкреплены возможностью иметь полную и достоверную информацию о деятельности арбитражного управляющего в ходе ведения той или иной процедуры банкротства посредством ознакомления с материалами судебного дела. Поэтому самостоятельная деятельность регулирующего органа по выявлению нарушений исполнения своих обязанностей со стороны арбитражного управляющего затруднена.

Обращается внимание также на то, что со сведениями о дисквалификации арбитражных управляющих можно ознакомиться на интернет-сайте ФРС, которые обновляются не реже двух раз в месяц.

Много внимания уделено вопросам освобождения арбитражных управляющих от ответственности в силу малозначительности совершенных правонарушений. В частности, отмечено, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям (например, нарушения, связанные с ведением реестра требований, несоответствие формы бюллетеня для голосования примерной форме, установленной Минэкономразвития).

Отдельный интерес представляет вопрос об основных требованиях к деятельности арбитражных управляющих — действовать разумно и добросовестно в интересах кредиторов, должника и общества. Приводятся точки зрения разных авторов на понятия «добросовестность» и «разумность».

Обращается внимание также на возможность привлечения арбитражным управляющим для обеспечения осуществления своих полномочий иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника. Опираясь на судебную практику автор пришел к выводу, что такая возможность является изъятием из правила об осуществлении арбитражным управляющим полномочий лично. Однако выделено, что кредиторы вправе контролировать размер оплаты привлеченных арбитражным управляющим специалистов.

Кроме того, затрагивается вопрос соблюдения прав лица, привлекаемого к ответственности, при составлении протокола об административном правонарушении и производстве иных процессулаьных действий.

Обзор судебной практики «Административная ответственность арбитражного управляющего»

Е.Г. Дорохина — кандидат юрид. наук, ведущий научный сотрудник Института перспективных исследований

Как и за что привлечь к ответственности арбитражного управляющего.

Во многом и арбитражный управляющий, будучи слугой множества господ, обязанный «действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества», находясь в заведомо противоречивой ситуации, вынужден проявлять чудеса изобретательности, чтобы достичь искомого баланса интересов в банкротстве и не оказаться тем самым седлом. При этом как ошибки, так и злоупотребления в таких условиях вполне закономерны. О них и поговорим.

В условиях меняющегося регулирования, а заметим, банкротство — одна из немногих отраслей, которая может похвастаться пристальным вниманием как законодателя, так и бизнеса, что выражается в частом внесении изменений в закон, с одной стороны, а также аксиоматично низком качестве юридической техники — с другой, страдает правовая определенность. Активная роль Верховного суда, стремящегося привнести в нормативно-правовое поле некое подобие политики права, не может оставаться незамеченной, однако и панацеей, когда приходится объять необъятное, быть тоже не может.

В итоге участники банкротного процесса существуют в реальности постоянно меняющихся правовых ожиданий. Иллюстративен в этой связи пример с подходом к распределению выручки от реализации залога, изменение которого Верховным судом последним профискальным толкованием п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве См., к примеру, определение ВС от 08.07.2021 № 308-ЭС18-21050 (41). довольно ощутимо влияет на позиции банков в делах о несостоятельности.

Логично, что арбитражный управляющий, будучи центральной фигурой банкротного процесса и исполняя квазипубличную функцию, становится в таких условиях наиболее уязвимым для жалоб. Хрестоматийный тому пример — дело Гарипова См. постановление Президиума ВАС от 10.12.2013 № 10481/13 по делу № А65-16556/2012. , рассмотренное Высшим арбитражным судом еще в конце 2013 года, когда волатильная практика по уплате НДС с реализации имущества банкрота на торгах чуть не стоила управляющему 4,5 млн руб. убытков. Однако справедливо и обратное — для недобросовестного управляющего такие условия — благодатная почва для злоупотреблений.

Ну а коль скоро si vis pacem, para bellum, то для кредитора именно жалоба на управляющего — наиболее действенный и эффективный инструмент получения удовлетворения своих требований в условиях, когда с управляющим они — по разную сторону баррикад. Про «добросовестно, разумно и в интересах всех» прагматично забудем.

Целеустремленный кредитор при этом подает жалобы последовательно, указывая в каждой жалобе по отдельному эпизоду; отдельная жалоба — отдельный протокол — отдельное решение о привлечении к ответственности, а значит, вероятность повторного привлечения по ч. 3.1 и дисквалификации.

Но нет худа без добра: где больше практики, там есть статистика. В первом полугодии 2021 года С обзором судебной практики по ч. 3 и 3.1 ст. 14.13 КоАП можно ознакомиться по ссылке: больше всего правонарушений, за которые управляющие были подвергнуты штрафу, — нарушение порядка и сроков обязательных публикаций информационных сообщений в ЕФРСБ или «Коммерсанте» либо ненадлежащее исполнение обязанностей, связанных с отчетами управляющего, — 21 и 15 процентов соответственно. Очевидно, что именно такие формальные правонарушения являются основным способом для кредиторов надавить на несговорчивого присяжного попечителя.

К слову, доступность информации из ЕФРСБ и картотеки арбитражных дел позволяет кредитору из одной процедуры отслеживать нарушения управляющего в других процедурах банкротства, а значит, использовать их как повод для жалобы. И это давняя боль профессионального сообщества: цинично, но эффективно.

Для сравнения — составы правонарушения, предполагающие наступление общественно опасных последствий, в первую очередь в виде убытков конкурсной массе и кредиторам, составляют существенно меньшую долю от общей массы составов. Так, правонарушения, связанные с нарушением очередности удовлетворения требований кредиторов и расчетами, составляют всего 5 процентов от всех составов, а связанные с оплатой привлеченных лиц — 3 процента. Однако это не означает, что не стоит уделять вопросам очередности и лимитов расходов на процедуру внимание — несправедливое регулирование вознаграждения управляющего и возмещения затрат — известный камень преткновения в банкротстве. Внимательный в этом вопросе всегда найдет, о чем спросить управляющего.

Не стоит забывать и о дисциплинарной ответственности. Чаще всего такой инструмент, как жалоба в СРО АУ, сопутствует аналогичному документу, направляемому в Росреестр. Увы, прозрачной статистики по дисциплинарной практике СРО в свободном доступе нет, однако можно предположить, что она в целом следует общим тенденциям, обозначенным выше.

А что же жалоба в суд? Тут у настойчивого кредитора тоже не без иезуитства — сначала жалоба о признании действий незаконными, получение условной преюдиции, и только потом, поскольку суды с меньшей охотой удовлетворяют такие заявления, — убытки и (или) отстранение АУ. При недостижении результата последовательность действий повторяется.

О чем говорит статистика? В соответствии с отчетом о работе арбитражных судов субъектов РФ по рассмотрению дел о банкротстве за 2020 год была рассмотрена 1941 жалоба об отстранении арбитражного управляющего, из них 1103 были удовлетворены, из 481 заявления о взыскании убытков с арбитражного управляющего были удовлетворены 207. К сожалению, данные судебной статистики не позволяют установить основания для обращения с соответствующими требованиями в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, однако нетрудно заметить — пропорция удовлетворения указанных требований колеблется в диапазоне от 40 до 60 процентов, что является довольно обнадеживающим для кредитора показателем.

Маловероятно, что предпринятые недавно законодателем шаги по изменению нормы См. Федеральный закон от 01.07.2021 № 241-ФЗ «О внесении изменений в статьи 195 и 196 Уголовного кодекса Российской Федерации и статью 31 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». изменят количественные показатели по привлеченным лицам, так как новеллы по существу касаются больше санкции и субъекта преступления, а регулирование объективной стороны так и остается калькированным с нормы Закона от 19.11.1992 № 3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий», давно утратившего силу.

Все сказанное выше наглядно демонстрирует наличие достаточно широкого набора инструментов для оказания кредиторского воздействия на фигуру управляющего.

Остается надеяться, что не только Верховный суд, но и коллективный законодатель обратит внимание на отсутствие правовой определенности и очевидную архаичность регулирования в вопросах ответственности арбитражных управляющих и наконец установит сбалансированные и прозрачные правила игры, понятные всем участникам процесса, от чего управляющий из многострадального седла эволюционирует в настоящего рыцаря, как полагается, без страха и упрека. Увы, пока нормотворческая деятельность в банкротстве часто напоминает переворачивание шахматной доски, ну или того же седла, в зависимости от того, кому какой образ ближе.

Оцените статью
Добавить комментарий