П 8 ст 142 закона о банкротстве

П 8 ст 142 закона о банкротстве

ВС РФ решит, следует ли учитывать результат перечисления отступного при определении вознаграждения управляющего

26.05.2022 Экономическая коллегия Верховного суда РФ рассмотрит кассационную жалобу ПАО «Банк «ТРАСТ» (далее – банк) на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.06.2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2021 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.11.2021, вынесенные по делу № А40-220454/2017 о банкротстве ЗАО «ТПГК-Финанс» (далее – должник) об утверждении процентной части вознаграждения арбитражного управляющего.

22.12.2017 должник признан банкротом по упрощенной процедуре, конкурсным управляющим утвержден Евгений Борисович Врубель. В ходе конкурсного производства из активов должника была выявлена только дебиторская задолженность. Торги по реализации этого имущества были признаны несостоявшимися из-за отсутствия заявок на участие. Собрание кредиторов должника приняло решение о реализации данных имущественных прав должника путем предоставления отступного. В результате этого 21.07.2020 должник и банк заключили соглашение об отступном, в соответствии с которым банку были переданы указанные имущественные права.

Банк во исполнение требований п.14 ст. 142.1 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) перечислил в конкурсную массу 569 038 523,45 руб. для пропорционального удовлетворения требований остальных кредиторов. Так как за счет полученных от банка денежных средств были частично погашены требования кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством об утверждении ему суммы процентов по вознаграждению в расчете 3% от размера удовлетворенных требований, включенных в реестр требований кредиторов. Сумма вознаграждения по мнению управляющего должна была составить 16 597 005,05 руб.

Определением суда от 18.06.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 27.08.2021 и постановлением суда округа от 24.11.2021, ходатайство удовлетворено в полном объеме на основании абз.5 п. 13 ст. 20.6 Закона о банкротстве. В ответ на доводы банка суды указали, что в данном случае проценты по вознаграждению управляющего рассчитаны без учета размера удовлетворенных требований банка. Кроме того, судом первой инстанции отмечено, что заключению соглашения об отступном предшествовала процедура продажи имущества должника на торгах в соответствии с положениями Закона о банкротстве.

Правом на получение отступного обладал каждый из кредиторов, однако воспользовался им только банк. Следовательно, соглашение об отступном было заключено не только в результате инициативы банка, но и в результате добросовестных действий конкурсного управляющего по продаже имущества должника. К тому же в деле о банкротстве отсутствуют удовлетворенные жалобы на действия (бездействие) конкурсного управляющего Врубеля Е.Б.

В своей жалобе на указанные судебные акты в ВС РФ, банк указал, что проценты по вознаграждению арбитражного управляющего являются стимулирующей частью его дохода, поэтому погашение требований кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения (п.22 Обзора от 20.12.2016).

Единственным источником пополнения конкурсной массы стал платеж самого кредитора (банка), согласившегося на получение в качестве отступного имущества, которое конкурсный управляющий так и не реализовал. Погашение требований кредиторов произошло способом, не связанным с эффективным проведением конкурсным управляющим процедуры конкурсного производства. Причинно-следственная связь между деятельностью конкурсного управляющего и положительными для кредиторов результатами процедуры конкурсного производства отсутствует.

В связи с этим, по мнению кассатора, выплата конкурсному управляющему вознаграждения (по крайней мере в полном объеме) противоречит п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве («при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества») и наносит существенный ущерб кредиторам, так как после погашения процентного вознаграждения оставшиеся денежные средства поступают в конкурсную массу и направляются на погашение требований кредиторов, в том числе и третьей очереди.

Действительно, судебная практика, как правило, исходит из того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер, и включает в себя плату за проведение всех мероприятий в процедурах банкротства, в том числе и плату за оказываемые управляющим услуги. Именно активные действия арбитражного управляющего, направленные в том числе на изменение структуры активов должника, в результате которого произошло удовлетворение требований кредиторов – условие получения арбитражным управляющим вознаграждения в виде процентов.

Второе обязательное условие начисления процентов по вознаграждению конкурсного управляющего – удовлетворение кредиторских требований.
В рассматриваемом деле требования кредиторов погашены за счет принятия одним кредитором (банком) имущественных прав должника в виде отступного и получения другими кредиторами денежных средств, перечисленных банком в соответствии с п.14 ст.142.1 Закона о банкротстве для пропорционального удовлетворения требований остальных кредиторов.

В п. 21 Обзора от 20.12.2016 и в ст.142.1 Закона о банкротстве изложена правовая позиция, в соответствии с которой кредитор, выразивший согласие на погашение требований путем принятия отступного, обязан обеспечить соблюдение принципа очередности и пропорциональности удовлетворения требований уполномоченного органа и иных кредиторов, осуществив в их пользу соответствующие выплаты. При этом принцип очередности предполагает возможность погашения требований кредитора путем предоставления ему отступного только при полном погашении таким кредитором требований иных кредиторов приоритетной очередности (независимо от стоимости имущества, передаваемого в качестве отступного).

Кроме этого, законодательно установленное правило о необходимости соблюдения принципа пропорциональности означает следующее: принимающий отступное кредитор сверх того перечисляет на счет должника сумму, определяемую как разность между стоимостью имущества и размером требований принимающего отступное кредитора, которые были бы погашены за счет продажи данного имущества третьему лицу по цене отступного, если бы отсутствовали требования кредиторов приоритетной очередности. Эта дополнительная сумма подлежит распределению между иными кредиторами той же очередности, к которой относится принимающий отступное кредитор, пропорционально размеру их требований к должнику, включенных в реестр.

Таким образом, денежные средства, полученные иными кредиторами в счет погашения своих требований от кредитора, принявшего отступное, являются «частью» реализации отступного и связаны только с действиями самого кредитора, а не с активной деятельностью арбитражного управляющего.

Однако суд округа в рамках дела отметил, что Закон о банкротстве, а также Обзор от 20.12.2016 не содержит запрета на включение в базу для расчета вознаграждения конкурсного управляющего процента от требований кредиторов, погашенных в результате распределения денежных средств, подлежащих перечислению кредитором, принимающим отступное, а в соответствии с абзацем 2 пункта 13.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 декабря 2013 г. N 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве», при исчислении вознаграждения конкурсного управляющего в форме процентов учитываются включенные в реестр требования всех очередей удовлетворенные конкурсным управляющим.

Я считаю, что речь идет о неправильном толковании судами п.22 Обзора от 20.12.2016. Кроме этого, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в ряде постановлений в случаях, когда суды при рассмотрении дела не исследуют по существу фактические обстоятельства, ограничиваясь только установлением формальных условий применения нормы, право на судебную защиту, закрепленное ст. 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывается существенно ущемленным. Эта правовая позиция имеет общий характер и касается любых правоприменителей (Постановление Конституционного Суда РФ от 14.07.2003 N 12-П).

На мой взгляд, в рассматриваемом случае суды ограничились установлением именно формальных условий применения нормы о размере процентной части вознаграждения управляющего, что фактически нарушает баланс интересов кредиторов, направленных на максимальное удовлетворение своих требований и арбитражного управляющего, исполнявшего свои обязанности разумно и добросовестно, на получение вознаграждение за проведение процедуры

Полагаю, ВС отправит дело на новое рассмотрение и предложит оценить доводы кредитора, активность деятельности арбитражного управляющего, и возможность включения денежных средств, поступивших от кредитора, принявшего отступное, в базу для расчета процентов, что должно исключить в дальнейшем возникновение подобных ситуаций.

Вместе с тем, нельзя не отметить, что спор о справедливости размера стимулирующего вознаграждения арбитражному управляющему оставляет за скобками вопрос об очевидной несправедливости размера основного вознаграждения арбитражных управляющих, которое уже двадцать лет остается неизменным.

Оцените статью
Добавить комментарий